Израиль все больше и больше беспокоит откровенно враждебная риторика президента Турции Эрдогана.
Отношения между Израилем и Турцией – это не только глубочайший исторический кризис, но и открытое стратегическое соперничество. Отношения, которые исторически балансировали между прагматичным партнерством и периодами охлаждения, фактически переросли в состояние холодной войны.
Отношения обострились в значительной степени 28 июня 2026 года, когда израильский кабинет министров единогласно принял резолюцию о формальном признании массовых убийств армян Османской империей в 1915 году геноцидом.
Инициатор резолюции, министр иностранных дел Гидеон Саар, и сторонники решения внутри Израиля заявили, что признание является «моральным и историческим долгом» еврейского государства, особенно в силу исторической памяти о Холокосте. Израиль десятилетиями воздерживался от этого шага, чтобы не портить стратегические отношения с Анкарой. Однако после резкого ухудшения отношений на фоне войны в секторе Газа, торгового эмбарго со стороны Турции и обвинений израильского руководства в «геноциде» со стороны Реджепа Тайипа Эрдогана, у Иерусалима больше не осталось причин сдерживать данный шаг. МИД Турции ожидаемо жестко осудил решение, назвав его «политически мотивированным» и обвинив Израиль в попытке отвлечь внимание международного сообщества от собственных действий в Газе.
Признание затронуло стратегическое партнерство Израиля с Баку. Протесты со стороны Азербайджана и давление его сторонников привели к тому, что Кнессет отложил финальное законодательное голосование по этой резолюции перед уходом на каникулы летом 2026 года. Таким образом, на текущий момент решение утверждено правительством, но не завершено на уровне де-юре закона.
Следует заметить, что экономические отношения между Израилем и Азербайджаном, граничат с взаимозависимостью. Почти половина импорта нефти в Израиль поступает из Азербайджана, в то время как до недавнего времени более двух третей импорта оружия в Азербайджан также осуществлялось из Израиля. Во время армяно-азербайджанской войны 2020 года Армения отозвала своего посла из Израиля в знак протеста против продолжающихся поставок оружия в Азербайджан. В частности, израильские барражирующие боеприпасы оказались мощным фактором в этом конфликте, помогая Азербайджану отвоевать часть Нагорного Карабаха и все семь прилегающих районов.
Турция была не единственной страной, недовольной этим решением. Армения осталась недовольна, Соединенные Штаты были раздражены, а Азербайджан был возмущен.
Антиизраильские высказывания Эрдогана появились много лет назад. Конфликт вокруг «Мави Мармара», большого судна, использованного турецкими активистами для попытки добраться до Газы в 2010 году, является одним из примеров ухудшения турецко-израильских отношений. Другой причиной стала война в Газе в 2009 году. Анкара также принимала лидеров ХАМАС в прошлом.
Основной точкой горячего напряжения стала Сирия после падения режима Асада. 18 августа 2026 года ВВС Израиля нанесли авиаудары по сирийской авиабазе Абу-Духур (в провинции Идлиб), где за день до этого находилась турецкая военная делегация. Это едва не привело к прямому военному столкновению между Турцией и Израилем.
Премьер-министр Биньямин Нетаньяху прямо заявил, что Израиль не потерпит создания «турецкого протектората» и продвижения турецких войск на юг Сирии. Израиль видит в действиях Анкары попытку сформировать у своих границ новую угрозу — «ось Братьев-мусульман» взамен ушедшей иранской оси.
Посол США в Турции Том Баррак, который также является посланником в Сирии и Ираке, отметил в Twitter 18 августа: «Мы глубоко обеспокоены тем, что подтвержденные израильские авиаудары по авиабазе Абу-аль-Духур представляют собой ненужную эскалацию, которая не способствует региональной стабильности. Правительство Аль-Шарры не занимало хищническую позицию и не поддерживало прокси-силы. На самом деле, оно неоднократно указывало на предпочтение деэскалации в отношениях с Израилем. Соединенные Штаты в прошлом и будут продолжать в будущем проводить переговоры, чтобы способствовать дипломатическому диалогу, а не физической напряженности в отношениях между двумя странами».
Как известно, Турция ввела жесткие экономические и морские санкции против Израиля, полностью заморозив многомиллиардный товарооборот. Со своей стороны, израильские спецслужбы (ШАБАК и ЦАХАЛ) летом 2026 года опубликовали официальные данные о том, что руководство ХАМАС продолжает координировать и финансировать террористическую деятельность на Западном берегу непосредственно с территории Турции. В ответ МИД Израиля заявил, что Анкара не имеет права участвовать в решении вопросов будущего сектора Газа.
Тем более, что в июне 2026 года Шин Бет опубликовала масштабный доклад, в котором напрямую обвинила Турцию в предоставлении своей инфраструктуры для беспрепятственной деятельности высокопоставленных террористов. Было объявлено о срыве десятков терактов на Западном берегу, которые планировались из Стамбула.
Руководителем так называемого «Штаба Западного берега» в Турции израильские спецслужбы официально назвали Захера Джабарина. По данным следствия, под его началом работают другие освобожденные в рамках «сделки Шалита» оперативники (такие как Айман Шарауна и Салам Яиш), занимающиеся вербовкой боевиков на Западном берегу и в самом Израиле. Правительство президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана имеет давнюю историю оперативной и политической поддержки ХАМАС, организации, признанной США иностранной террористической организацией, и даже позволяло проживать там высокопоставленным лидерам, таким как покойный Исмаил Хания . Террористическая организация использовала свое присутствие в Турции в качестве функциональной базы для своих действий на Западном берегу посредством вербовки и перевода средств террористическим ячейкам. Более детальное изучение турецкой ячейки ХАМАС, выявленной 21 июня, показывает, что большинство ее боевиков были освобождены в рамках сделки 2011 года , согласно которой солдат ЦАХАЛ Гилад Шалит, похищенный ХАМАС в июне 2006 года, был обменян на 1027 палестинских и арабо-израильских заключенных.
В сентябре 2023 года — всего за несколько недель до зверств 7 октября в Израиле, в результате которых погибло более 1200 израильтян, а также произошли массовые изнасилования и похищение 251 заложника, — израильская таможня изъяла 16 тонн взрывчатых веществ, доставленных из Турции в Газу и спрятанных среди строительных материалов.
В августе 2026 года президент Реджеп Тайип Эрдоган объявил о заключении трехстороннего оборонного альянса между Турцией, Саудовской Аравией и Пакистаном (с потенциальным привлечением Египта). Принцип взаимной обороны в рамках этого договора (аналог Статьи 5 НАТО) позиционируется экспертами как попытка Анкары создать мощный блок коллективного сдерживания Израиля в регионе. Подписанты заявляют, что блок создан для сдерживания общих угроз и не направлен против конкретных стран.
Однако в декларации союза прямо содержится пункт об отвержении гегемонии Израиля в регионе. Израильское оборонное ведомство официально рассматривает этот блок как формирование «радикальной суннитской оси» и прямую стратегическую угрозу, способную изолировать страну. Что известно о структуре соглашения?
Текст Мекканского соглашения от 7 августа 2026 года пока не опубликован полностью. Однако официальные заявления лидеров и брифинги министерств обороны раскрывают его ключевые параметры:
Главный пункт пакта гласит, что вооруженное нападение на любого из трех участников признается нападением на всех. При этом форма и масштаб военной помощи будут определяться через экстренные консультации. Разворачивается поэтапная интеграция. Она начнется с координации генеральных штабов, обмена разведданными и командно-штабных учений, а затем перейдет к совместным маневрам сухопутных сил, ВВС, ПВО и флота.
Президент Эрдоган официально подтвердил, что двери альянса открыты для других стран, и в качестве первого потенциального кандидата на расширение назвал Египет.
Внутри Турции сильную позицию занимают еще более радикальные исламистские партии (например, Новая партия благоденствия — Yeniden Refah). Чтобы они не отобрали у Эрдогана голоса, ему приходится занимать максимально жесткую, бескомпромиссную позицию по отношению к Израилю. Израильское оборонное ведомство официально рассматривает этот блок как формирование «радикальной суннитской оси» и прямую стратегическую угрозу, способную изолировать страну.
По мнению автора этой статьи, одной, если не главной, причиной антиизраильской риторики Эрдогана является исключение Турции из реализуемых в настоящее время Израилем, Кипром и Грецией энергетических проектов.
В Восточном Средиземноморье обнаружены огромные запасы природного газа. Израиль, Кипр и Греция создали альянс для его добычи и экспорта в Европу.
Турция оказалась исключена из этих амбициозных энергетических проектов. Из-за этого Анкара видит в Израиле стратегическую угрозу своим экономическим интересам на море и пытается заблокировать израильское влияние с помощью контр-союзов.
Турция продолжает жестко критиковать Израиль и координирует свои действия с Катаром и Египтом, пытаясь диктовать условия послевоенного устройства Газы и угрожая «радикальными мерами», если Израиль сорвет мирные инициативы.
Израиль не может не беспокоить и факт активных действий Анкары в Ливане.Визит президента Ливана Джозефа Ауна в Турцию в прошлом месяце может стать началом гораздо более активного участия Анкары в делах Ливана — на политическом, силовом и экономическом уровнях. Об этом говорится в статье Arab News, автором которой выступила доктор Данья Колайлат Хатиб, эксперт по отношениям США и арабских стран.
По ее оценке, поездка Ауна в Анкару была не просто протокольным визитом, а частью более широкого процесса. Турция, как ожидается, будет играть в Ливане более заметную роль, причем при согласии или как минимум молчаливом одобрении внутренних ливанских и региональных игроков.
Одним из ключевых направлений работы Анкары уже стало предотвращение конфликта между Хизбаллой и президентом Сирии Ахмедом аш-Шараа. По словам Хатиб, Турция открыла канал связи с Хизбаллой и помогала сохранять относительно спокойные отношения между Ливаном и Сирией.
Ливанские силы, выступающие против Хизбаллы, также приветствуют возможность расширения турецкого влияния. Они видят в этом способ уменьшить влияние Ирана в стране и считают Турцию более предпочтительным вариантом, чем прямое вмешательство Сирии, которое может вновь обострить исторические и межконфессиональные противоречия внутри Ливана.
Еще одной сферой, в которой Ливан может быть включен в региональную систему, возглавляемую Турцией и Саудовской Аравией, является транспорт. Анкара и Эр-Рияд продвигают планы по восстановлению Хиджазской железной дороги, которая должна соединить Саудовскую Аравию с Турцией через Иорданию и Сирию.
В середине мая Ливан объявил официальный тендер на проектирование и модернизацию железнодорожной линии между Триполи и Аль-Абудией на севере страны. Цель состоит в том, чтобы соединить порт Триполи с региональной транспортной сетью, включая маршрут Хиджазской железной дороги.
Если проект будет реализован, Триполи сможет вновь оказаться на международной транспортной и торговой карте, а Ливан получит сухопутное сообщение с торговыми маршрутами через Сирию, Иорданию и Турцию.
Вопреки ожиданиям Израиля, Дональд Трамп публично поддержал создание этого пакта, назвав его «большим и смелым шагом» к тому, чтобы страны Ближнего Востока сами обеспечивали свою безопасность.
Понятно, что политика Трампа в 2026 году мотивирована стремлением прекратить затяжные конфликты (включая войну с Ираном), однако его методы вызывают серьезную тревогу в Иерусалиме, тем более, что Трамп видит в Реджепе Тайипе Эрдогане сильную фигуру, способную прагматично балансировать амбиции Израиля. Для Белого дома прямое военное столкновение Турции и Израиля в Сирии является критическим вызовом, ломающим американскую стратегию в регионе. Вашингтон действует по нескольким направлениям.
Специальный представитель Трампа по Сирии и Ираку Том Бэррак официально подтвердил, что США экстренно работают над созданием трехстороннего механизма предотвращения военных инцидентов между Израилем, Турцией и новым сирийским правительством Ахмеда аль-Шараа.
Бэррак публично назвал недавний израильский удар по авиабазе Абу-Духур в Идлибе «ненужной эскалацией». Трамп делает ставку на свои хорошие личные отношения с Реджепом Тайипом Эрдоганом. Ранее американский президент заявлял, что «вмешается, если это будет необходимо», и называл турецкого лидера своим другом. 17 августа 2026 года Трамп и Эрдоган провели телефонные переговоры, где турецкий президент прямо призвал США «остановить Израиль».
В этой ситуации Трамп пытается балансировать. С одной стороны, Белый дом продвигает планы продажи Турции истребителей F-35, чтобы удержать Анкару в орбите влияния Запада, проигнорировав протесты Израиля, опасающегося потери своего абсолютного превосходства в воздухе. С другой стороны, Вашингтон раздражен действиями израильского премьера Биньямина Нетаньяху, который, по мнению американских аналитиков, сознательно идет на обострение ради повышения рейтингов перед выборами в Кнессет.
В заключение, не могу не отметить, что Турция, продолжая жестко критиковать Израиль, координирует свои действия с Катаром и Египтом, пытаясь диктовать условия послевоенного устройства Газы и угрожая «радикальными мерами», если Израиль сорвет мирные инициативы.
Вместо того чтобы «утихомирить страсти», текущая расстановка сил фиксирует долгосрочное столкновение интересов Турции и Израиля. Трамп стремится к дипломатическому урегулированию, но его готовность идти на уступки Турции ради мифической региональной стабильности вызывает раздражение в Израиле и заставляет Израиль действовать более агрессивно и самостоятельно.
